Павла Первого часто представляют человеком своевольным, едва ли не лишенным рассудка. Однако за этим поверхностным суждением скрывается куда более сложная фигура. Его душевные раны — холодность матери, отчуждение при дворе, мучительные поиски правды об убийстве отца — выковали личность, обреченную на внутреннюю драму. Взойдя на престол после десятилетий вынужденного бездействия, новый государь попытался обуздать произвол знати и облегчить участь тех, кто находился в самом низу: крепостных крестьян и армейских низших чинов.